Если фабрика ориентирована только на экспорт, значит она не конкурентоспособна

Проспект

Проспект
Проспект

Владелец компании-поставщика офисной мебели «Проспект» Антон Шавельзон рассказал в интервью Forbes о мебели как инвестиции, о том, почему сложно построить в России прибыльный средний бизнес, как выстоять в кризис и что важно учитывать при выборе зарубежного партнера.

Как возникла идея создания интернет-магазина офисной мебели?

Интернет-магазин «Проспект» – не совсем правильно, у нас именно проектная организация, мы делаем проекты «под ключ» от проектирования до запуска охраны на объект и эксплуатации. У нас есть свой штат архитекторов, инженеров, прорабов, которые помогают выдавать готовые решения. Как возникла идея именно с офисной мебелью? Я работал менеджером в компании, которая занимается офисной мебелью, прошел все этапы от сборщика до директора по развитию, в какой-то момент решил, что уже набрался достаточно опыта и могу сделать свою компанию. В 2008 году в самый кризис родился «Проспект».

Как вы в целом оцениваете ситуацию с малым и средним бизнесом в стране? Сложно ли построить прибыльный бизнес в России?

Конечно, вести бизнес – это непросто. В последние годы с ухудшением экономической ситуации стало еще сложнее. Вообще состояние малого и среднего бизнеса я оцениваю негативно. Система налоговой нагрузки такова, что практически не позволяет малому и среднему бизнесу плодотворно развиваться. Тут, конечно, сказывается совокупность нескольких факторов, но я считаю, это – одна из основополагающих причин, почему не получается. Поэтому сейчас рынок консолидируется у крупных производителей, крупных поставщиков.

Ваши продажи в кризис остались на том же уровне? Или спрос все-таки понизился?

Очень сильно понизился. Когда упал курс рубля, это очень сильно ударило по покупательской способности. Покупатель больше не может инвестировать в долгосрочные проекты, ведь мебель – это такая же инвестиция, он инвестирует на короткий срок – покупает мебель хуже по качеству и чаще ее меняет. Структура продаж изменилась по качеству продаж. Мы удержали баланс за счет расширения клиентской базы: мы больше не ждем обращений покупателей к нам, сейчас мы выходим к клиенту сами. За счет этого количество клиентов выросло, но они стали покупать мебель дешевле – меньше тратиться. Если раньше один клиент покупал на 20 млн рублей в год, то сейчас он же покупает только на 10 млн. 

Вы напрямую сотрудничаете с мебельными фабриками за рубежом. Как вы выбираете зарубежных партнеров?

Для меня первый критерий для отбора – соотношение доли экспорта и внутренних продаж компании. Если итальянская фабрика ориентирована только на экспорт, значит она не совсем конкурентоспособна. В Италии все-таки в мебели разбираются немножко лучше, чем в остальном мире. Если мебель конкретной фабрики не покупают сами итальянцы, для меня это показатель. Они проверенный индикатор рынка. У фабрики Codutti, например, 60% продаж приходится на внутренний рынок и только 40% – на экспорт в арабские страны и Россию. Если фабрика работает только в России, значит что-то не так, надо разбираться: либо завышена цена, либо еще что-то. Если соотношение хотя бы 50 на 50, то фабрика заслуживает внимания.

Каково соотношение зарубежных и российских производителей в объемах ваших продаж? Кого больше?

Вам интересно в деньгах или количестве? Потому что тут две разные статистики. Количеством мы продаем больше российскую мебель. Объясню о чем речь: можно оборудовать 200 рабочих мест для персонала российской мебелью, это будет стоить 3 млн, а можно оборудовать за те же деньги одно рабочее место – кабинет руководителя. В России в связи с импортозамещением начали производить много мебели, но научились делать только места для персонала, кабинетов так и не научились делать. Слишком далеко ушел вперед весь остальной мир, мы отстаем на 10-15 лет. По валовым продажам корпусной мебели для персонала, это 100% Россия, полностью рынок ушел в российский сегмент. Если говорить в целом о продажах, то это европейские поставщики – Италия, Германия, Америка. Если в цифрах: 70% наших продаж приходится на итальянскую мебель, 30% - внутренний рынок.

Индивидуальные проекты вы продумываете сами с архитекторами или в сотрудничестве с фабриками?

Сейчас наши архитекторы и технологи делают это самостоятельно. Раньше мы консультировались с фабриками. Мы сами разрабатываем проект, полностью проектируем мебель, отправляем на ту или иную площадку – у нас есть несколько площадок, где мы размещаем заказы по нашим технологиям. Есть маленькое свое производство, но это скорее для так называемых быстрых нестандартов: клиенту надо завтра въехать в офис, вся мебель у него стандартная, все подошло, а вот один закуток надо допилить, и мы тогда быстро пилим за один день. Это позволяет быть мобильными. Крупные заказы мы, конечно, выполняем на специально подготовленных площадках – там есть возможно добиться идеального соотношения цены и качества. Так как это не наше производство, не наша площадка, мы придираемся к каждой мелочи. Со своих так не спросишь. Если заказываешь услугу на аутсорсе, ты и требуешь так, как платишь. Это помогает добиться высокого качества.

Какие тенденции наблюдаются в мебельном бизнесе? Что сейчас модно?

Сейчас модны простые лаконичные формы, не классика и не хай-тек – что-то среднее. При отделке мебели для кабинетов чаще используется кожа. Натуральные экологичные материалы – это тенденция.

Вы выполняли проекты офисов для различных компаний, в том числе таких крупных, как «Башнефть». Что выбирает российский бизнес?

Крупный бизнес как правило выбирает качественную мебель, это оправданная долгосрочная инвестиция. В России же всех встречают по одежке. Обстановка в офисе – это тоже определенная характеристика человека, как он живет, как подходит к жизни. У нас достаточно нестабильная ситуация с арендой. Сейчас кризис ударил, у всех арендные ставки упали, а кто-то держит в долларах. Соответственно, если не договорились, арендаторы уходят, но отделку офиса же с собой не перевезешь, а хорошую качественную мебель можно перевозить несколько раз, и она будет служить десятилетиями.

Какую мебель вы сделали для офиса ACMG?

Мебель мы проектировали сами, продумывали все с вашими архитекторами: они нам сказали, какого цвета металлические опоры они хотят, какая эргономика им важна, какого цвета ДСП. Мы взяли наши стандартные опоры, покрасили в нужный цвет. ДСП пилили отдельно на маленьком неизвестном производстве – на нашей внутренней площадке. Когда мы реализуем проект, мы всегда слушаем пожелания клиента, что ему нужно. Нам не важно, что именно продать, нам важно, чтобы из всего многообразия, клиент сделал правильный выбор для себя. 

Беседовала Валерия Павлова
Фотографии Лианы Имамутдиновой

Поиск